— Карьера, говоришь, не задалась? Судьба отвернулась? Так вот, молодого капитана 2-го артиллерийского Наполеона Буонапартэ Судьба ждала буквально за углом! Всего через несколько дней после твоего визита, 28 августа 1793-го, в восставший французский порт Тулон вошел ограниченный англо-испано-неаполитанский контингент. Освобождать город поручили бездарному генералу-художнику Карто — капитан тебе про него говорил, помнишь? Карто, понятное дело, ничего с Тулоном сделать не мог.

И тут случилась целая вереница случайностей, которые иначе как Судьбой не назовешь. Англичане ранили командующего французской артиллерией полковника Доммартена. Его заместитель — майор Перье — в то время находился в отлучке, так что вся артиллерия Альпийской армии оказалась обезглавлена (а во Франции и так была напряженка с грамотными артиллерийскими офицерами — непопулярный род войск, увы). Именно в эти дни неподалеку от Олиуле (там штаб Армии находился) оказался твой Наполеон. Он встретил своего знакомца еще по корсиканским делам — Саличетти. А Саличетти, по удивительным обстоятельствам, состоял политическим комиссаром при генерале Карто. И вот он (по-землячески) предложил передать артиллерию своему хорошо образованному земляку. Наполеон, получив ресурс и сложную задачу, в короткий срок реорганизовал свои подразделения, пополнил артиллерийский парк, улучшил снабжение. Кроме того, он сходу определил ключевые форты, захват которых мог обеспечить контроль над Тулоном и гаванью. Захватил их, перевел туда свои батареи…

Кот аж приподнялся, слушая собеседника. Даже приподнял правую лапку.

— И Тулон сдался, а английский флот трусливо бежал, — грустно усмехнулся бородач. — Никому неизвестный капитан захватил одну из самых современных крепостей, стал героем, получил чин бригадного генерала — и больше уже не отпускал хвост Птицы-Удачи. Менее чем за 20 лет он стал консулом, императором Франции. Он покорил и объединил практически всю Европу. Он выиграл 60 сражений, зачастую побеждая более многочисленные армии. Слава Наполеона затмила и Цезаря, и Македонского, которыми этот капитан так восхищается.

Мужчина грозно посмотрел на кота.

— Понимаешь теперь, паскудник, что ты натворил?

— Мы же, вроде бы, решили, что я не паскудник, а дурак? — пробурчал зверь.

— Дурак, — согласился хозяин зала. — Говорил же тебе: изучи историю, хотя бы, до XX века.

— Да неинтересно там! И всё время всё повторяется: за две тысячи лет люди особо не изменились…

— Опять? Цыц мне тут! Куда ты хоть отправил его?

— О! — котяра оживился, выхватил из ниоткуда изящную кожаную папку. — Послушайте! Вы сразу поймете, что я не такой уж и дурак. Что там какая-то несчастная Европа! Я послал капитана в Азию — вот где настоящие дела происходят!

Бородач закатил глаза. Кот проигнорировал этот жест, распахнул папку и принялся выразительно читать:

— Мне удалось найти преинтереснейшее событие в далеком 1419 году. В Корее его назвали Кихэдончжон, в Японии — Вторжением Оэй, а на Цусиме (где всё, собственно, и происходило) — Войной Нукатаке. Я же позволил себе назвать его стрельбой из пушек по воробьям…

— Ближе к делу!

— Ближе некуда, почтенный! В то время Корея (и Китай) уже довольно долгое время страдали от набегов вокоу — японских пиратов. Очередное такое нападение случилось в начале лета 1419 года: 50 кораблей с грозными флибустьерами Страны Восходящего Солнца прибыли к западным берегам корейского королевства Чосон, нещадно его пограбили, а после двинули в Китай.

И тут гордые короли Чосона (папа Тхэджон и сынок евонный Сэджон) решили ответить! Была собрана армия — 19 тысяч человек! Был собран флот — 227 кораблей! И куда, вы думаете, их послали? — прищурился кот. — Нет, не против пиратов. Великую армаду и супердесант отправили на остров Цусиму. Так как именно на этом острове, где рулил клан Со, и свили себе гнездо (а точнее — гнёзда) паскудники пираты.

Я хотел бы отметить, что поражает воображение то, с какой скоростью были собраны войско и флот. Считайте: в 5 день 5 месяца пираты впервые напали на корейские берега. В 14 день 5 месяца — короли решили дать бой. А уже 20 числа 6 месяца — чосонцы высадились на Цусиме.

А ведь войско немалое. 20 тысяч — далеко не все вооруженные силы Чосона, но это немалая их часть. Про флот даже не говорю. Найти, собрать, снабдить. Доставить! У меня создалось острое ощущение, что экспедиция готовилась сильно загодя. И чосонцы только и ждали, когда главная боевая мощь покинет Цусиму.